“I very like it”: Почему нельзя, если очень хочется?

Английский язык как старший брат, который всегда прав, даже когда не прав.

Есть в английском языке странная черта: он терпит чудовищные каламбуры, ставит глаголы в конец вопросов, выдумывает слова вроде flabbergasted, но не простит тебе одной, казалось бы, невинной фразы:

“I very like it.”

— What? No. Stop. Go to language jail.

И вот ты стоишь, ошарашенный. Вроде бы сказал всё правильно.

I — я.
like — нравится.
very — очень.

Что не так? Почему такая фраза, идеально звучащая для русского уха, вызывает у носителей примерно такую же реакцию, как «я кушаю борщей» у филолога из РАН?

А дело вот в чём. В английском языке very — это не универсальный адверб, как в русском «очень». У него, видите ли, аристократические причуды: он любит прилагательные (very good, very interesting) и иногда другие наречия (very quickly), но на дух не выносит глаголов. Very — как изысканный гурман, который соглашается есть только канапе и шампанское, а мясо ему подавай через три слоя грамматических оговорок.

Английский хочет, чтобы ты вместо “very like” сказал:

👉 I really like it.
👉 I quite like it.
👉 I truly like it.
👉 I like it very much (ага, с хвоста подкралось).

Но просто “very like” — фу-фу-фу. Это как прийти на приём к королеве в шортах и с чупа-чупсом.

Почему?

Да потому что very — это усилитель для качеств (very blue, very tired), но не для действий. А like — это глагол-действие, и тут уже в силу вступает другая банда наречий, которые способны усилить чувства, а не прилагательные.

Русский язык такой проблемы не испытывает. У нас можно сказать «я очень люблю», «я очень ненавижу» (я так не скажу, но вы можете), «я очень переживаю» — и никто не арестует тебя грамматически. Английский же щепетилен, как дворецкий в викторианском романе: каждое слово должно быть на своём месте, с соблюдением иерархий, генеалогии и протокола.

Но почему просто не упростить всё?

Ах, как мило. Ты думаешь, что английский существует ради твоего удобства? Какой трогательный наив. Нет, дорогой. Английский существует, чтобы ты вечно сомневался, заучивал идиомы, спотыкался о артикли и краснел перед преподавателем, объясняя, почему сказал “I very love this book.”

Так что забудь.

“I very like it” — звучит по-русски удобно, а по-английски — как протест против синтаксического порядка.

Если уж тебе very хочется, то говори:

“I really like it.”

И смирись. Потому что английский — это как британская монархия: всё может показаться нелепым, но отменять никто не собирается (хотя, вообще-то, разговоры на эту тему уже ведутся).

More anon

Частный репетитор по английскому языку